Соляной налог на Руси

На Руси первый налог с солевых варниц в пользу казны был введен в начале XII столетия. Первый, имеется в виду — государственный официальный, скрепленный печатью Святослава Ольговича в 1137 г. До него и после, холопы со смердами уже повсеместно облагались церковной десятиной и за свою ремесленную, промысловую и сельскохозяйственную деятельность исправно платили той христианской Епархии, к монастырю которой были приписаны. Сам же Святослав Ольгович, будучи в должности Новгородского князя, из-за разлада с местным епископом Нифонтом, в качестве примирения отдавал тому из казны не десятую часть, а целых 100 гривен.

Введение этого соляного налога, сделавшим недоступным для простых людей и без того дорогой консервант №1, в истории России можно смело считать Днём рождения коррупции, контрабанды и бандитизма (на дорогах), которые стали процветать во всех волостях и губерниях, связанных с добычей и торговлей солью. Поголовный налог со временем спровоцировал повышение цен на сырье практически во всех отраслях зарождающейся на Руси промышленности,  но в первую очередь ударил по рыболовным, зверобойным, пушным промыслам и скотоводству, включая кожевенную отрасль.

Вне меньшей степени, чем простой люд, пострадали торговцы солью — купцы, ведь их товар фактически представлял собой натуральные деньги, пара пудов которых значила целое состояние и сытую жизнь для любого мужика с семьёй, как вольного, так и крепостного. Поваренная соль в то время котировалась выше, чем мех, зерно, пряжа, воск, мёд, живица и за нее можно было купить как рубаху, так и рыбацкую лодку с пахотным конём. Отщипнуть кусочек дорогой соли с воза желал каждый — от мала до велика и, по сути в нашем государстве происходил повтор уже имеющего отработанного сценария «соледобычи по-китайски«, но более изощрённого, приукрашенного особым славянским менталитетом.

Кроме разбойников, на всех путях следования груженых обозов с солью — на заставах, трактах, речных переправах и мостах появились сборщики пошлин, взимающих «мыт» с торговых людей. Вдобавок к соли, мыт собирали за любой перевозимый товар, имеющийся на возу, пароме или барже. На берегах Северной Двины, Сухоны, Оки, Камы и Волги в причальных местах с торговцев взимали в доход казны «побережную», за переправу на лодке или пароме — «перевозное», а за проезд через речной мост — «мостовщину». При этом, пошлину собирали и за каждого человека, сопровождающего груз — «костки».

По-прибытию на торжище или ярмарку, поборы с купцов солью продолжались по нарастающей. Нужно было оплатить «явочное» (явку), за размещение товара — «гостиное», а с началом продаж — татарскую «тамгу», которую с введением в оборот рубля с полтиной в XIV веке, заменили позже «рублевой пошлиной».

Ещё привезенную соль нужно было измерить, расфасовать и взвесить во время торговли. На местах эти сборы были неподконтрольны государевым сборщикам налогов и проводились местными мелкими чиновниками на их усмотрение и большей частью в собственный карман. Померная, контарная, весчая, плошка, противень — каких только поборов не взимали с торговых людей солью во времена безмонетного периода на Руси, ослабленной внешними войнами и внутренними кровопролитными распрями славянских князей с церковниками.

Все дальнейшие попытки сменяющихся правителей упорядочить налоги на соль и взимаемые на местах поборы, приводили к ещё худшим последствиям для простых людей — соль продолжала дорожать, а государственная казна оставалась пустой.

Драгоценный минерал галит, он же — хлорид натрия, бережно упакованный в льняной мешочек, так и остался платежным средством у крестьян вплоть до свержения монархии в 1917 году. Однако, если быть точным, соль вместо денег у бедных слоев населения была в ходу вплоть до 1930 г, ведь в истории России был ещё Деникин, Колчак и Юденич, перекрывшие своими Белыми армиями всё внутреннее снабжение страны хлоридом натрия, которое после их «убытия» пришлось ещё долго восстанавливать большевикам.

.